никита кадан

данный текст подводит итоги почти полугодовой работы киевского художественного совета* и, в то же время,представляет собой декларацию о намерениях, сопровождающую его первую публичную манифестацию. поэтому здесь с таким трудом находят себе место и попытки проанализировать пройденный путь, и нескромное заявление амбиций нового сообщества, и осторожные предположения о возможностях его развития.

НИКИТА КАДАН

Выставка «Взгляды», первый кураторский проект киевского Худсовета, стала поводом и местом манифестации убеждений и позиций. Ранее игнорируемые темы вдруг обрели свой контекст и звучание, выставка выявила их насущность, привела к ряду вопросов, которые продолжают обсуждаться.  Статья Олеси Островской «Взгляды» Худсовета: две стороны одного высказывания» стала одной из первых публичных реакций. Форма этого текста, состоящего из двух частей, определяется замеченными Островской во «Взглядах» «сторонами» и конфликтом между ними (как сторонами, так и частями текста). Вторая часть словно пытается отменить первую, возвратить текст к его начальной точке, вызывая сомнения в осмысленности вложенного авторского, а стало быть, и читательского усилия. Однако некоторые из затронутых в тексте тем провоцируют меня приложить ещё одно усилие и написать ответ.

Этот текст написан в 1995 году в бытность Александра Ройтбурда куратором Ассоциации «Новое искусство» в Одессе.  Нас заинтересовала яркая и трагическая картина несоответствия между прогнозами и стремлениями, звучащими в тексте и состоянием вещей сегодня, когда современное искусство переместилось в область частного владения, а отношения с государством на прежнем месте.

***

Alexandr Roitburd    
1995

A ten-year experience of legal functioning of the modern art in Ukraine is a unique experience of failures. We haven’t had and we still don’t have any conditions for the normal functioning in our motherland and for the civilized integration into the world cultural process. Ukraine remains a remote art province, a wild steppe of the European culture. The split artistic community, domineering of non-topical problems, a lack of organization of art life, and absence of the modern art infrastructure – these are the realties of today. Independence of Ukraine has not led it to the factual appearance on the cultural map of Europe. We do not participate in the most important world cultural forums; we stay in the information blockade and none of the artists living in Ukraine has gained a real world fame, and nobody has got real and stable prices at the world market (we are afraid, it is not quite appropriate to explain what the Ukrainian art market is like     in the presence of the respected ladies and gentlemen). We don’t have all that and in terms of the logic of the modern art process we won’t have all that either. Only the art supported by the money of its country, recognized within this country and lobbied by it, is capable of entering the international level.  They say there is no money for culture in Ukraine. Really, allocations into this sphere have reduced but the traditional Soviet system of the imitation of culture is still there – from a country club to the state kitsch.

- Are you talking to me?

- To you?

Mirroring the Critique of Representation

Jelena VesiC
Prelom Kolektiv

[The version of this text is published in (an)Other Publication, artistic project by Renée Ridgway and Katarina Zdjelar, Piet Zwart Institute and Revolver Books, Rotterdam, 2006.
According to the artistic concept, the writers are invited to conceive the introductory chapter for the imaginary book, discussing the notion of  'Otherness' in the theory, art and life.]

Анна Лазар

Алевтина Кахідзе
художниця, член Правління ЦСМ, куратор

У Києві одного разу трапилося така історія: колекціонер хотіла обміняти нещодавно куплені нею роботи на гарніші, які вона побачила на виставці. Перед художником постала дилема: обміняти картини чи ні? Це ілюструє невід’ємне протиріччя мистецької галереї: вона є магазином чи ні? Я дуже люблю цю історію, котра ілюструє таке внутрішнє протиріччя.

Alevtina Kakhidze
artist, board member of CCA and curator

It happened in Kiev that a collector wanted to change the paintings he bought for prettier ones he recently saw in an exhibition. The artist found himself in the dilemma whether he should change the paintings or not, which is illustrating the inherent contradiction of an art gallery: Is it a shop or not? I love this story as an illustration of this contradiction.
After two years having lived abroad I wouldn’t say I was driven out of the general attention of the Kiev art market because I had never really been there. I have some doubts sharing my observations on the current development in the art market in Kiev, as I am afraid to scare people. If you ask me how the landscape of curators, theorists and critics in Kiev is structured, I simply can’t detect any structure. I observe that progress in visual art still depends greatly on collectors. Artists in Kiev stick to the idea of the collector. They avoid questioning whether a work needs to be bought in order to determine its quality. They also avoid confronting that this mentality in turn increasingly prevails in the minds of the collectors.
The feelings of shame attached to creating visual arts in Ukraine compared to the economic reality of many Ukrainian or other citizens will exist until everyone possesses the luxury to produce art.
The goal of CCA or any non-profit art institution is to present art, which makes it enough to take a smell at an art piece in order to feel full. This is the fundamental difference between a non-profit art institution and a commercial space.
The mechanism for emerging artists to produce and exhibit their work in Kiev is linked to the law of supply and demand, but great artists appear independently of those demands.

Лада Наконечная, «Место», Фундация Центр Современного Искусства, 03.03.2009

Новая работа Лады Наконечной «Место» балансирует между очевидностью показанного и комплексностью значения. Это значение словно собрано из частей и функционирует как машина, производящая вопросы.

В течение  двух недель художница наносила графитным карандашом вертикальные штрихи на стены просторного зала в Староакадемическом корпусе Киево-Могилянской Академии (НаУКМА). Этот зал неравномерно освещен восемью подвешенными к потолку софитами. Там, где луч софита создает на стене светлое пятно, штрихи наносятся с усилием, в затемненных местах они становятся легче и светлее, а там, где элементы интерьера отбрасывают друг на друга тени, штрихов нет вовсе. Таким образом, Лада Наконечная визуально «убирает», уравнивает между собой тени и свет, лишая человека, заходящего в помещение ряда визуальных ориентиров.